Победитель поэтического конкурса "Пятая стихия" 2014 года
ВЛАДИМИР КВАШНИН
(В 2014 году 1-е место в конкурсе разделили Юрий Беридзе и Владимир Квашнин)Вложение:
Квашнин в шарфе Игоря Царёва.jpg [ 32.79 КБ | Просмотров: 3416 ]
Владимир, ты, родившийся в селе Саранпауль Ханты-Мансийского автономного округа Югры, работая инспектором рыбоохраны, охотоведом, всеми силами защищавший природу родного края. в сущности, живое воплощение народной пословицы «Где родился, там и пригодился». Ну, разве не так? Где родился, там по сей день и живёшь. Но вот читаю в одном из интервью с тобой утверждение журналиста: дескать, родился и всю жизнь прожил на Приполярном Урале, хорошо знает быт, традиции, фольклор коренных народов Севера, поэтому неслучайно, что со временем стал поэтом. И возникает вопрос: а что, если бы родился где-то в ином месте, поэтом не стал бы?Да, Югра, где я родился, и стала моей единственной малой родиной в огромной России, люблю ее всем своим сердцем. Если бы где в другом месте родился, стал бы поэтом? Не знаю. Но точно знаю, что это Господь выбирает нам Родину, то есть среду обитания, и наделяет нас теми чертами характера, которые и делают поэтом. В первую очередь, думаю, это сострадание и любовь, готовность отдать страждущему всё, до последней нитки. Без этих качеств, вряд ли получится светлый, добрый, запоминающийся поэт. Нытиков и пессимистов – пруд пруди, злых ещё больше, а счастливых и позитивных можно по пальцам посчитать.
Кстати, а ты никогда не думал, что, возможно, не человек выбирает профессию, а профессия человека? Вот профессии инспектора рыбоохраны, охотоведа — это был твой выбор? Или, напротив, они тебя выбрали? И в любом случае, было ли тебе и твоей профессии комфортно друг с другом? Не мешала ли поэзия? Инспектором рыбоохраны я проработал восемь лет, потом — это заняло остальную часть жизни - работал охотоведом службы Госохотнадзора. Очень долго пробыл наедине с дикой природой, это и отложило отпечаток на все мое творчество. И мои профессии не только не мешали отношениям с поэзией — они во многом сами были поэзией, позволяли видеть и чувствовать красоту и силу природы изнутри, пробуждали желание рассказать об этом другим.
Многие поэты, отвечая на вопрос о том, как их угораздило выйти на эту стезю, как складывался путь в поэзию, начинают вспоминать о том, как написал первый стишок, как потом писал, писал и, наконец, дописался до признания. А мне кажется все же, что в истории рождения поэта должно быть некое неординарное событие, если хочешь, некий толчок, пинок, который в человеке, пытающемся, а возможно, уже и научившемся рифмовать слова, пробуждает поэта. Было ли такое в истории рождения поэта Квашнина?Думаю даже, что таких толчков-пинков в биографии тех, кто приходит в поэзию, побольше, чем один. Я могу сказать, как минимум, о трех. Первый — когда пробудилась во мне и заявила о себе поэзия. Это случилось давненько, мне тогда было лет шесть-семь. Ехал я с папой зимой к его другу, старику манси, на рыбалку. Зима, почти ночь, снега вокруг, лошадь, дровни, звезды над нами, и я, зарывшись в сено, смотрю в звездное небо… Тогда это и случилось. Вот были удивлены взрослые, когда я, отогреваясь у рыбацкой железной печки, без запинки оттарабанил длинный стишок, где были и лошадь, и рыбалка, и лес, и я, и они – два закадычных друга.
Конечно, я был к ее пробуждению определенным образом подготовлен. С ненасытной жадностью читал всё подряд - Льва Толстого, журнал «Наука и техника», Жюль Верна и Фенимора Купера. Мне не хватало светового дня, запоем читал с фонариком под одеялом, а когда родители его отобрали, читал со свечкой, однажды даже чуть не учинил пожар. Только потом осознал, зачем Господь ещё ребёнком насыщал меня информацией. Когда пишу стихи, из самых глубин памяти вдруг легко и непринужденно выплывает нужное слово.
Наверное, поэзия живет в душе каждого человека, и рано или поздно просыпается. Проснулась она и в моей душе, а потом поэтические чувства очень долго бились, словно птицы в клетке, пока однажды не вырвались на крыльях рифм. Но рождение поэта все же начинается с момента, когда ты принимаешь решение заявить о себе в поэзии. То есть, представить стихи на суд читателя. Состоишься ли ты, как поэт, не состоишься, примет тебя читатель, не примет — это уже другая история, но именно тогда и настает момент рождения. И да, чаще всего в жизни случается нечто, что заставляет сделать этот шаг к читателю. В моей жизни таким событием стала трагедия - гибель друга, Саши Марчука, с женой и детьми в 1996 году. Он был охотоведом, моим напарником по службе. Ночью дверь его дома подпёрли лопатой и подожгли. Погиб он, его жена Оля и два сынишки. Светлая им память… После этого я решил: хватит держать стихи в себе, подле себя, надо выпустить их в люди.
И конечно же, таким толчком послужило неодолимое желание показать людям всю красоту моего родного Приполярья.
Я внимательно изучил список твоих побед на поэтическом поприще и вышедших в свет 6-ти книг с твоими стихами. Этот список берет свое начало с 2014 года. В этом году мы с тобой, помнится, участвовали в первом сезоне конкурса «Пятой стихии» на премию имени Игоря Царева, и даже по-братски разделили лавры победы. В том же году ты приехал в Москву на Церемонию вручения наград Премии «Пятая стихия-2014», и во время этого приезда произошли еще два знаковых для тебя события: ты прошел обряд крещения в подмосковном Сергиевом-Посаде и был решен вопрос об издании твоей первой книги. С тех пор и началась твоя так называемая «поэтическая карьера»: вышли 6 книг стихов и рассказов, ты стал лауреатом многих поэтических конкурсов и турниров, победителем Турнира поэтов телепередачи "Вечерние стихи". То есть, по сути, можно сказать, что «Пятая стихия» стала для тебя стартовой площадкой. Но что тебя тогда привело в «Пятую стихию»? Имя Игоря, отношение к нему, влияние его поэзии? Участие в 2014 году в конкурсе «Пятая стихия» было для меня знаковым событием. Творчество Игоря Царева мне, таежному человеку, очень близко. Наверное, потому, что Игорь очень любил нашу землю, очень тонко чувствовал русскую природу и русскую душу...
А насчет победы в первом сезоне... Я долго ломал голову, почему стал победителем, придя на конкурс с «сырым», даже, можно сказать, наивным стихотворением? И лишь недавно это понял. Тогда Ирина Борисовна Царева, мать-основательница премии и душа конкурса, своим проницательным взором разглядела во мне, малоизвестном провинциальном поэте, нечто стоящее. И вместе с ней, очевидно, к тому же выводу пришли и остальные члены жюри.
Мне очень хочется, чтобы она никогда не подумала, что ошиблась во мне. Делаю для этого все, что могу. Набирался и набираюсь поэтического опыта. Меня приняли в Союз писателей России, и за плечами у меня, действительно, уже немало творческих побед. Но стартовой площадкой был именно конкурс «Пятой стихии» в далёком 2014 году, где в меня поверили, где я поверил в свои силы. А шарф Игоря Вадимовича, который мне подарила Ирина Борисовна на долгую память, все эти годы странствует со мной по бескрайней тайге, согревает, и однажды даже спас мне жизнь. Зимой, в 37-градусный мороз, я влетел на снегоходе в припорошенную полынью. Моя «Ямаха-Викинг» топором ушла под воду, я же беспомощно барахтался в ледяном месиве. Товарищ мой, ехавший позади, выручил: я успел снять с себя шарф, бросил ему конец, за который он меня и вытащил из ледяной купели.
Да, действительно, спас... Но вернемся к конкурсу. Однажды победив, ты больше не принимал в нем участия, тогда как многие собратья по поэтическому цеху, даже став победителями, продолжают номинироваться на новые сезоны «Пятой стихии»...За других не скажу. А вот почему этого больше не делаю я... По простой причине: «Пятая стихия» стала для меня стартовой площадкой в поэзии, за что благодарен буду до конца своих дней, но теперь не хочу мешать другим. Пусть конкурс открывает новые имена, пусть даст им шанс громко заявить о себе и откроет путь в мир большой Поэзии. А я кланяюсь Ирине Борисовне, которая очень тонко чувствует в людях поэтический потенциал. Крепкого ей здоровья и долгих лет жизни. И хочу, чтобы она знала: на всех творческих встречах, а их у меня было, есть и еще будет немало, обязательно читаю какое-либо стихотворение Игоря Вадимовича. Пусть поэта больше нет с нами, но его прекрасные стихи остались, и они должны звучать по всей России.
Сегодня много людей пишут стихи и публикуют их всеми доступными способами. При этом некоторые из них утверждают: «Я пишу душой, сердцем». Безусловно, какая уж там поэзия, если в ней нет ни души, ни сердца... Но ведь в поэзии есть еще и довольно четкие правила и нормы, без которых — это не поэтические новации, а просто неряшливость или полный непрофессионализм. Что тебе нравится и не нравится в стихах современных авторов?Вот ты сам и ответил на свой вопрос – неряшливость и непрофессионализм. «Душа и сердце» должны быть в согласии и с правилами стихосложения. Если не следовать им, то это будет простое бумагомарательство тешащего своё эго графомана. Ты, наверно, заметил, что я однолюб. Тайга, Родина, Земля и Человек, на ней живущий - вот то, о чем пишу сам, что люблю в творчестве других современных авторов. У того же Игоря Царева, у Евгения Юшина, Сергея Ворошилова, Ольги Флярковской, Анны Токаревой, Александра Чжоу...
Как не может быть настоящего человека без нравственного стержня, так и не может быть настоящей поэзии без такого же стержня. Для меня это аксиома. Есть ли у тебя абсолютные нравственные нормы и табу в творчестве? Что ты категорически не приемлешь?И в жизни, и в творчестве я всегда поступаю сообразно своим принципам. Я никогда ни словом, ни поступком не предам ни малую, ни большую свою Родину. Никогда не скажу плохо о матери и о Родине, которая мне — тоже мать. Никогда не выскажусь уничижительно о творчестве другого поэта. Если он сам не попросит оценить его со стороны, даже не озвучу своих оценок.
Вообще-то, если кто-то хочет знать, как люди действительно относятся к его творчеству, он всегда узнает. Можно опубликовать их в интернете - по отзывам станет ясно, нужны ли эти стихи людям. Так делал и делаю я. Но нашел и возможность издать шесть сборников стихов и рассказов, как говорится, в бумаге. Люди, как оказалось, с удовольствием их покупают, что вкупе с денежными призами на конкурсах позволяет мне издавать новые книги. Например, получив Премию Губернатора ХМАО в ноябре прошлого года в номинации «поэзия», я сейчас готовлю к изданию новый, уже седьмой сборник.
Если бы тебе пришлось писать краткую аннотацию на собственное творчество, как бы ты определил основную его направленность и какую оценку ему поставил бы? Скажем, по принятой в конкурсе «Пятой стихии» десятибалльной шкале...
А знаешь, тут точка отсчета важна. Если взять мои первые стихи, то вроде и неплохо все, но я явно вырос. А по принятой десятибальной шкале поставил бы твердую семерку. Ну, а основная направленность моего творчества — это, так сказать, тихая таёжно-деревенская русская лирика.
Поэт, случается, почти полностью погружается в мир поэзии, что нередко плохо воспринимают его близкие. Порой семейная жизнь дает трещину и даже превращается в руины. Насколько повезло или не повезло в этом тебе? И как относятся близкие к твоему творчеству? В этом плане мне не просто повезло, а крупно повезло. Первым слушателем моих виршей, как правило, является тайга и охотничье зимовье, а если вдохновение застанет дома, меня никто особо и не беспокоит. Как так? Да потому, что стихи мои чаще всего рождаются именно тогда, когда чем-то занят – по лесной тропе идёшь или на лодке, снегоходе едешь, копаешь огород, дрова пилишь или колешь, тут главное, чтобы работа была монотонной. Так что на семье это негативно не сказывается.
Традиционный в беседах с литераторами вопрос: каковы твои творческие планы? И еще: насколько ты амбициозен, каких бы поэтических регалий хотел бы добиться?Не амбиция, а душевная потребность у меня одна: хочу, пока живу, раздать тепло, которым меня зарядила тайга-матушка. Тесно ему во мне, на волю, к людям просится. А если ещё грамоту или приз на каком-либо конкурсе получу, знать, на то воля Божия. Точно так же, как в 2014 году, Господь привел меня, простого таежного человека, в Сергиев Посад к Преподобному Сергию Радонежскому, где и крестил. Как в 2023 году привел к Преподобному Серафиму Саровскому в Дивеево, и в Храм на крови в Екатеринбурге, и на озеро Светлояр в селе Владимирском. И опять не амбиция, а мечта у меня – хочу пожить еще на белом свете, побродить по святым местам земли русской и, вволюшку налюбовавшись, рассказать честному народу певучим красным словом о нашей Родине милой. Как это делали мои далёкие предки-гусляры в стародревние времена. Да и о любви к своей Югории миру я еще не все рассказал. Вот это для меня действительно важно, а всё остальное - от лукавого.
В общем, как я написал в одном из своих стихотворений: «…меня Господь уважил милой Родиной». Так и есть. Тем я и счастлив.
_____________________________________________________________________________________________________
С поэтом Владимиром Квашниным, победителем Конкурса имени Игоря Царёва «Пятая стихия» сезона 2014года, беседовал Юрий Беридзе.Далее смотреть:
https://forum.igor-tsarev.ru/viewtopic.php?f=28&t=1153