Игорь Царев - Пятая Стихия

Владимир Матвеевич Гутковский (Украина, Киев) ушел из жизни после тяжелой болезни 13 января 2026 года.
По вполне понятным причинам скорбная весть пришла к нам только на 9-й день. Это большая потеря для всех, кто его знал, и, конечно же, для «Пятой стихии». С первых шагов поэтического конкурса Международной литературной премии имени Игоря Царева и в течение восьми лет он был членом конкурсной комиссии номинации «Поэзия» и ее литературным обозревателем.
В первый же год учреждения Премии я по рекомендации Василия Дробота – знаковой фигуры Союза писателей Украины - списалась с Гутковским и предложила участвовать. И только спустя 3 года с удивлением узнала, что мы с Владимиром Матвеевичем знакомы. Он показал мне фотографию, на которой были запечатлены что-то оживленно обсуждающие Андрей Грязов – руководитель очень престижного поэтического фестиваля «Каштановый дом», поэт из Житомира Олег Азарянин и мы с Игорем, а в шаге от нас с сумкой через плечо скромно стоял человек, с которым нас перед этим познакомили – Владимир Гутковский. Тогда я его не запомнила – да он и не стремился запомниться...
С момента его входа в «Пятую стихию» я многое узнала о нем, еще не связывая все это с моим ненавязчивым киевским знакомцем.

Владимир Гутковский - филолог, журналист, поэт, прозаик, критик, публицист - родился в 1945 году в Киеве, где в дальнейшем жил и работал.
Образование высшее математическое – в 1968-м окончил механико-математический факультет Киевского государственного университета имени Т. Г. Шевченко по специальности теория вероятности и математическая статистика.
Автор книг стихов, прозы, критической публицистики: «В то же время», «Не сезон», «Перебор», «Сюрлиризм», «Фонограф», «Свод», «О других и о себе», «Записки этого человека», «Жизнь рассчитана с запасом». Произведения вошли в состав антологии «Киев. Русская поэзия ХХ века».
Член Национального союза писателей Украины, Многонационального Союза писателей, Союза писателей Санкт-Петербурга. Публиковался в журналах, альманахах и сборниках России и зарубежья, лауреат многих конкурсов и Премий.
Руководитель поэтической студии «Третьи ворота».
Публиковался в журналах «Радуга», «Самватас», «Соты», «Живой Журнал», «Вiтчизна» (Киев), «Журналист» «Сетевая поэзия» (Москва), «Крещатик» (Германия), «Черновик», «Аталанта» (США) и других, в многочисленных альманахах и сборниках, на ряде интернет-ресурсов.
Лауреат премии Волошинского конкурса 2005 года, лауреат премии НСПУ имени Н. Ушакова 2010 года, лауреат Национальной награды «Погоня» за создание цикла белорусских песен.
Председатель Жюри Международного арт-фестиваля «Одна маленькая свеча» (Киев), член Жюри Международного арт-фестиваля «Провинция у моря» (Одесса), Международного литературно-музыкального фестиваля «Интереальность» (Киев), член Международного ПЕН клуба, член редколлегии интернет-портала «Поэзия и авторская песня Украины» (poezia.org).
Литературный обозреватель портала Stihi.lv и портала «Пятая стихия».

Как литературный обозреватель «Пятой стихии» Владимир Гутковский сделал для номинации «Поэзия» немало. Его обзоры были точны, профессиональны и при этом не лишены доброжелательности в отношении даже самых посредственных произведений участников конкурса. Для многих они стали мастер-классами.
В деловых отношениях мы с Владимиром Матвеевичем всегда понимали друг друга и находили общий язык, хотя порой это было не просто, и пережили мы три момента напряжения.
Первый – когда он стал вести переписку на нашем форуме с участниками конкурса, а я категорически возразила против этого, поскольку такие действия раскрывали зашифрованные идентификационные номера авторов стихов, что нарушало анонимность участников конкурса (в переписке они под номерами указывали свои имена!). Сначала Гутковский сопротивлялся, потом признал мою правоту.
Второй – когда он выразил сомнение в актуальности самого конкурса из-за снижения вдвое заявок на участие (на фоне примерно 500-600 в предыдущие годы их число резко упало до 200-300). А было это в год активности пандемии и массового психоза вокруг нее. Правда, завершились его сомнения письмом ко мне: «Конечно. мы будем продолжать это наше общее благородное дело пока сможем. И будем надеяться на благосклонность судьбы, взаимную поддержку и завершение пандемии».
И третий, который наши деловые отношения не пережили – начало СВО. Тогда, надо сказать, не один Гутковский ушел из «Пятой стихии». Первым из жюри вышел Юрий Бердан (США): «Ирина. Вынужден отказаться от участия. Думаю, объяснения излишни. С надеждой на перемены, с любовью и уважением к Вам, вашему делу, к любимому поэту и его поэзии, с нежной памятью о куске жизни, проведенном с вами. Юрий».
Одновременно снова резко упало число заявок на участие в конкурсе от авторов из-за рубежа, чтобы тут же снова вырасти за счет Беларуси...
Владимир Гутковский держался дольше. В марте я получила от него серию писем следующего содержания: «…в связи со сложившейся обстановкой единогласным решением Оргкомитета и Жюри конкурса отложено начало очередного Чемпионат Балтии до лучших (!) времен. А над "Пятой стихией" безоблачное небо?»
И через короткое время следующее: «А это уже откровенное запугивание в красивой конфетной обертке:

НОВЫЕ ПРАВИЛА В НАШИХ ГРУППАХ
"Писатель в интернет-пространстве"
"Альтернативное Будущее" и других!
С сегодняшнего дня будут отклоняться любые посты с призывами к межнациональной розни и войне, содержащие оскорбительную и нецензурную лексику, грубые выпады участников групп и посетителей в отношении друг друга.
• Территория наших групп объявляется территорией мира и добра
• Посты, содержащие информацию о творческих успехах, наградах, литературных фестивалях, мероприятиях и праздниках — до окончания войны на территории Украины - будут отклоняться, независимо от страны участника, и расцениваться, как кощунство!
• Будут приветствоваться посты поддержки из разных стран мирному населению, независимо от места жительства пострадавших!
• Будет приветствоваться любая помощь пострадавшим от военного конфликта
• Будут сделаны выводы в отношении наших участников групп, наших авторов и партнеров, которые в трагические для всего мира дни малодушно спрятались и сделали вид, что их вообще не существует. Всех, кто делает вид, что убийство людей — это необходимость и норма. Это коснется нашего дальнейшего сотрудничества, когда будет восстановлена мирная жизнь...".
И спустя несколько дней письмо со словами: «Надеюсь, Вы меня поймете. Надеюсь, что все мы сохраним о "Пятой стихии" только добрые воспоминания», - Владимир Гутковский ушел с «Пятой стихии». А я ответила: «Дорогой Владимир Матвеевич! Будем надеяться, что так оно и останется. Ведь "Пятая" объединила и сделала друзьями многих людей. И мы это бережем».
Ежегодно в день рождения Владимира Гутковского мы отправляли ему поздравления. Вот одно: «Вся "Пятая стихия" и я лично с доброй памятью, благодарностью и искренней симпатией поздравляем Вас с Днем рождения!
Мы желаем Вам мира и покоя, больших и малых радостей, здоровья и творческого вдохновения!
Эстафетную палочку из Ваших рук принял Марк Шехтман из Израиля, который, судя по его обзорам, достойно ее несет. Но Вы навсегда останетесь для нас Первым.
Обнимаю Вас!»
И, как всегда, получила ответ: «Спасибо, Ирина! Тронут Вашими словами.
Наверное, все дело в Игоре и еще в том, что мы все эти годы были честны друг с другом».

Это были последние письма… И пришла беда. Ушел прекрасный человек, талантливый, светлый, теплый, ироничный. Это огромная потеря.



* * *

Господь прорёк мирам не исчисленным –
Я есть Спасенье, Путь, Первопричина!
И Голос покатился по Вселенной
воистину как горняя лавина.

Вознесено духовное над плотским.
Но расстоянья – трудная помеха.
До нас дошли всего лишь отголоски,
обрывки галактического эха.

И постигая вечные основы,
цепляясь за доступные детали,
ниспосланное нам Господне слово
отчасти поняли, а, в целом, – переврали.

Но в трепете благоговейном, или
чтоб не было Ученье слишком сухо,
его во славу Божью расцветили
всей мощью человеческого духа.

Сложили гимны. И воздвигли храмы.
Предивно расстарались богомазы...
И в завершенье возглашали – Амен! –
в языческом, по сущности, экстазе.

Но, в общем-то, – не велика потеря.
За то Господь нас не осудит строго,
что истово и просветленно веря,
мы поклоняемся – Макету Бога.


* * *
Что же, Отче, Твоих щедрот
Как и все, удостоен я.
Лишь глоток мне достался от.
Ничего не осталось для.

Так что времени вопреки,
Все уже испытав на веку,
Разбираешь черновики,
Но никак не найдешь строку.

Ту, что сможешь перебелить.
Постепенно спускаясь вниз,
Неизбежно теряешь нить.
Соглашаешься на компромисс.

На вполне равноценный обмен
Журавля – на синицу в руках.
Ведь, по сути, – что светлый тлен,
Что такой же, пусть черный – прах.

Сколько можно вокруг кружить,
Уповая на сдачу дней.
Поневоле приходится жить.
По неволе – Твоей и своей.

Если в клад превращает хлам
Этот самый призрачный свет.
Горизонт по-прежнему там,
Где его, как известно, нет.


* * *
Плыву сквозь дождь. Слепые брызги боли.
Подтёки на космическом камзоле.
Зачёркнутые строчки как года.
Без сожаленья в их впиваясь мякоть,
так толком и не выучившись плакать,
произносить пытаюсь – Никогда!

Пусть хлещет дождь обильно и бесстыдно,
сквозь пелену его так ясно видно –
другие даты, дни календаря.
Всё, что во мне всплывает неизменно
почти с другого края Ойкумены,
рефреном кратким – жизнь прошла не зря.

А дождь как давним астраханским летом,
пронизанным скуластым жарким светом,
румянцем смуглым местных юных дев.
Преодолеть взаимное смущенье
пытались мы, искусством обольщенья
еще не в полной мере овладев.

В сознании исполненного долга
вперед текла и разветвлялась Волга.
Расслабленно скользнувши в самый низ,
тогда ещё не понимая, где мы,
(теперь я точно знаю, что в Эдеме),
по грудь в воде средь лотосов паслись.

И тут он налетел, внезапный, светлый,
весь осененный благодатным ветром.
Казалось, что случаен он. Но вот –
в сознании подробно перемолот
бред бытия, души смертельный холод.
А этот дождь – он до сих пор идёт.


* * *
Я сегодня не попал в дождь.
Почему-то не попал в дождь.
Я по-разному старался попасть.
Я его подстерегал за углом.
Я сквозь струи ливня шёл напрямик.
Только он всё ускользал от меня.
И опять я не попал в дождь.

Столько лет не попадаю в стихи.
Много слов есть и больная душа.
Знаю как и понимаю зачем.
Начинаю хорошо. Тон держу.
Даже слёзы вызываю иногда.
Только это… только это – не то.
Столько лет не попадаю в стихи.

Я давно не попадаю в любовь.
В свет и мрак. Полёт, паденье, провал.
И неважно, что умею летать.
И мой сон летит рядом со мной.
Обгоняя, возносясь к небесам.
Возвращаясь, раскрывая глаза.
Я давно не попадаю в любовь.

Я всегда не попадал в жизнь.
А теперь? А что уж теперь.
Жизнь кончается, проходит. Она
не глядит ни в упор, и никак.
Лишь бросает через плечо –
Никогда тебе в меня не попасть!
Я всегда не попадал в жизнь
Вот и снова в дождь не попал.

Вечная память Владимиру Гутковскому!

Будем помнить с благодарностью!

Отличный обозреватель, истинный литератор и прекрасный поэт! А еще искренний друг нашей "Пятой стихии"!
Будем помнить! Такие люди остаются навсегда.